среда, 3 августа 2011 г.

О норвежском Стрелке и нибелунгах

Одиночки из нового поколения нибелунгов выходят из подземелья. Только вот нет у них новых Хайдейгеров, чтобы сформулировать фашистскую идею, которая у германских народов (в отличие от романских и славянских), увы, сразу перерастает в нацистскую. В Германии давно уже нибелунги в катакомбах шевелятся, но некому поднять сначала фашистское, а потом нацистское знамя. Почему? Думаю, живётся пока что германцам неплохо. Как станет хуже, посмотрим...
Главное в этом преступлении - символический, а не уголовный смысл. Глобальной капиталистической системе героем-одиночкой брошен громкий вызов. Не важно, сколько лет сидеть норвежскому Стрелку - он выполнил свою миссию, какою её видел, нашёл в себе волю публичный заявить Протест, зная, на что обрекает себя. Как Хагена нельзя назвать убийцей в уголовном смысле, пусть он и убил своего соотечественника - предателя-карлика, убил легендарного Зигфрида и короля Гюнтера, так и норвежский Стрелок - не маньяк-убийца, а борец за некую безусловную для него ценность. Окружённый многочисленными врагами Хаген боролся совершенно в одиночку. Он хотел вернуть своему народу украденные Драконом сокровища, имевшие для нибелунгов символический смысл. Но сокровища нибелунгов, как простую добычу, как куски золота, присвоил себе Зигфрид (это положительный-то главный герой!) и подарил их пустейшей и тщеславнейшей своей бабёнке - Кринхильде. Такого надругательства над святыней Хаген стерпеть не мог. Перед Стрелком, думаю, стояла аналогичная сверхзадача - вернуть Норвегию коренным норвежцам, чтобы такие как он всегда имели работу (сам Стрелок остался без работы) и возможность спокойно традиционно жить в кругу понятных похожих лиц. Для символического Протеста число жертв значения не имеет, Стрелок и сам жертва. Символизм Протеста виден во всём: в отсутствии раскаяния Стрелка, в желании его облачиться в парадную военную форму (читай: рыцарские доспехи на поединке с Системой), в желании получить общественную трибуну, чтобы объяснить всем свой поступок, в желании ликвидировать властных начальников - (президентов, премьер-министров; это как Хаген убил двух королей - Зигфрида и Гюнтера, и пытался в поединке убить королеву Брунгильду, но был сам убит)... Норвежский Стрелок - борец с Системой. Он современный нибелунг Хаген, языческий архетип борца-одиночки. Система ни за что не даст борцу-одиночке возможность публично объяснить свой поступок. Все силы Система бросит на то, чтобы представить расстрел как уголовщину маньяка. Система загоняет все протестные мнения в катакомбы, а если такое мнение оттуда вырвется, затыкает, навешивая на него ярлыки: фашист, нацист, уголовник, больной, не профессионал - ничего не понимает...
Борьба простых людей с Системой приобретает новые черты.

О телефильме «Достоевский»

Неправильный по содержанию фильм и плохая режиссёрская и операторская работа. Фрагментарность, лубочность многих картин (паровозик с белым паром на фоне зелёненьких лужаек и гор меня особенно меня убивал, ещё солнечные зайчики на лице умирающей от чахотки жены и прорва других нелепостей), нарочитость, бестактное копание в придуманном грязном белье вместо сосредоточения на показе устоявшегося понятия "достоевщина", узнаваемый - солженицынский - менторский голос Миронова... Тема оказалась явно не по силам Володарскому и Хотиненко, оператору и актёрам. Один приём с катящейся по карте игральной костью мне только и понравился. Где в фильме классик? Где раскрытие основных тем его творчества: "слезинки", "не убий", "запад/восток", "русский мир", "хищный тип"? Просто уронили писателя в глазах людей. Или сняли бы один эпизод из жизни Достоевского или уж затеяли бы эпопею на 30 серий, чтобы не было этих скачков и навязчивых закадровых и диалоговых объяснений. Насколько лучше снят "Клим Самгин"!
Картина чужда русской классике. Это очередная "российская голливудщина", зацикленная на постмодернистской "теме сисек" (ходовой термин в нынешней кино-театральной среде), рассчитанная на заграничную публику, как "Сибирский цырюльник" Михалкова. "Достоевского" нужно было снимать, как "Войну и мир" Бондарчука, или вовсе не снимать. Нам подсунули голливудское развлекалово, а наш гениальный классик, а мыслитель, а его "достоевщина" остались за кадром. Я страшно сердит!

Гибель текста

Великие тексты "закрывают" великие темы. "Воскресение" убил тему социального романа (лучше Толстого не напишешь, это величайший в мире социальный роман, как считают литературоведы); можно написать миллион социальных романов с новым материалом, но раскрытие темы уже состоялось, и бедного автора всегда будут сравнивать с Толстым и попрекать, почему он не Толстой, сколько можно об одном и том же писать и т.п. Шедеврами раскрыты темы любви юных ("Ромео и Джульетта"), любви стариков ("Старосветские помещики"), предательства родни, товарищей и Родины, тема войны, мещанства и пошлости жизни, преодоления, лишений, и т.п. Не буду засорять текст примерами, думаю, мысль моя понята. Жизнь меняется технологически, но не в смысле отношений между людьми, отношения остаются прежними, как в античные времена, когда грек Харитон написал первый в мире роман. Есть всего несколько десятков сюжетов отношений, на их основе придуманы миллионы фабул, но сюжетов возникло ограниченное количество (сюжет отвечает на вопрос: что случилось? фабула - на вопрос: в какой последовательности об этом узнаёт читатель. Почему мало сюжетов? Потому что сами люди имеют неизменные свойства, ограничены природой и обществом, натурально и социально. Поэтому шедевры на новые сюжеты можно ждать только после возникновения новых отношений в обществе. Это, увы, узаконенный гомосексуализм, ядерная война, всемирное правительство (жизнь под колпаком), встреча с пришельцами... Мало радостные новые темы для возникновения шедевров...

О шведских суфражистках

Недавно на русский перевели шведский роман "Девушка с татуировкой дракона". Я прочёл его на "зимних каникулах". Первые две трети этой весьма толстой книги - настоящий английский роман с совсем небольшим, а потому терпимым, шведским душком, но последняя треть - вонючая блевотина о "шведской семье". И вся это блевотина о шведской любви и семье размазывается на сотни страниц - а вся Европа (тиражи хорошие!) читает.
Шведских суфражисток уже имеют - без "физического контакта" - все, кто хотят: политики, власти, бизнесмены... Кто не может свести счёты со своими противниками или конкурентами, тот использует всегдашнюю готовность и даже охотку феминисток публично выставлять себя "изнасилованными", настолько у них жажда популярности, пусть и сомнительной, сильнее здравого смысла. Последний нашумевший пример - с владельцем "Викиликса".
А ещё эти шведские бл-ди, доводя эмансипацию женщин до абсурда, в массе подались в священнослужители, и теперь в храмах учат людей, как правильно жить. В естественном результате, церкви в Швеции опустели. Бедные шведы!

О ментальности русских работников: славяне – значит, рабы

Во времена рабовладельческого строя на Ближнем Востоке и в Европе, традиционно, славяне считались самыми лучшими, самыми умными и физически выносливыми, самыми мастеровитыми рабами, и поэтому были самыми дорогими. Славяне работали безропотно, без побегов и мятежей, работали неустанно и качественно. В эпоху викингов, продававших славян в Среднюю и Переднюю Азию, и в Европу, от названия племен "славяне" сложился термин c латинским корнем Slav, отсюда произошли слова Slave (англ. - 1) раб, невольник; 2) труженик, работяга) и все производные от Slav на других европейских языках. И за тысячи лет до появления (благодаря, главным образом, викингам, а позже - крымским татарам) славянских рабов в Европе там были рабы сотен других этнических групп, но именно с лучшими работниками в Европе, славянами, ассоциируется слово "раб". До половины всех рабов Европы были славянами, остальных просто не покупали за бесполезностью. И до сих пор, по ассоциативному ряду, для европейца остаётся "славянин, русский - значит, раб" (не меняется менталитет, хотя институт рабства слегка устарел). Русская артель - непревзойдённый по эффективности коллектив работников. По сей день в США, как пишут исследователи, значительная часть промышленности работает на основании организации трудящихся в артели, хотя это называется у них по-другому.
А менталитет народов не меняется: евреи остаются еврееями, чеченцы - чеченцами, французы-французами, русские - русскими. И менталитет государств не меняется - разве что на шкале исторического времени. США, Англия, Япония как были нашими ментальными противниками, таковыми и остаются, несмотря ни на какие смены политических формаций, глобальную экономику и пр.

Уничтожение сельского хозяйства, талоны и нищета

Уничтожение сельского хозяйства России проводится по такому мотиву: мол, своё, ржавое и дешёвое, дико устарело, это "вчерашний день" социалистической системы, поэтому производство старья прекратилось ("само собой" прекратилось, разумеется), а новое, капиталистическое, очень дорого - на него ни у государства, ни и у частника "просто" денег нет. По сути, деревню пустили по кругу: она остаётся без всего вообще - ни старого своего, сравнительно дешёвого, ни нового импортного, очень дорогого. Деревне приходится "выкручиваться". Работа в сельском хозяйстве превратилась в нескончаемое "выкручивание". Когда запасы "старого" кончатся и возникнет угроза голода, будем кушать один несъедобный импорт, купленный за газ и нефть, а за "своим" овощем и картошкой горожанин опять поедет на далёкий загородный огород. Дорогие продукты питания, которыми завалены супермаркеты, для властей куда опасней талонов. Либералы во власти этого обстоятельства не учитывают, хотя перед населением позиционируют себя просвещённой элитой. У меня пока ещё есть надежда, что какая-то часть избираемого начальство скоро умерит свои аппетиты, изменит правила игры. Почему нищета для властей опасней талонов? Во времена талонов у советских людей были деньги в карманах, трудящиеся не чувствовали себя нищими, обворованными, обманутыми, и создавалась утешительная иллюзия, что если они подсуетятся, то всё же купят, чего хотят (так обычно и происходило - холодильники были забиты); а сегодня у людей денег нет, а вместе с деньгами - и иллюзий насчёт власти, устроившей в стране нищету. Люди без иллюзий не согласятся долго терпеть такую власть.

Условия для модернизации

Почему в одночасье рухнул СССР - на это ответят исследователи следующих поколений, когда отстранённо обратятся к анализу, как палеонтологи анализируют окаменелые останки вымерших миров. Чем выше степень окаменелости, тем точнее будут результаты многофакторного анализа. Мы же не способны объективно оценить причины развала советской империи: одни из нас обижены, другие слишком довольны - и все заведомо необъективны. Следствия же развала СССР налицо и легко видны всем: превращение супердержавы (в геополитическом смысле) в одну из периферийных стран третьего мира. Результатами таких развалов империй всегда воспользовались самые шустрые и подготовленные в материальном и военном смысле, самые мобильные и беспринципные, "пятая колонна", паразиты, люди с узко групповыми интересами, которые можно реализовать только за счёт ограбления государства и народа, теневики, до поры до времени сидевшие в тени, а также интервенты - прямые и косвенные. До прямой интервенции пока не дошло, но, думаю, дойдёт к 2030 году. Финансовая же интервенция осуществлена в максимальном масштабе: и Газпром, и нефтяные компании, и металлургические компании, и Автоваз, и шахты, и алмазы, и крупный пищепром, и крупные торговые сети... - не российские компании, а чисто российская предпринимательская "мелочь" убивается на корню. Иммиграция в Россию - тоже интервенция. Своих Азий и Кавказов уже хватает, но скоро начнётся переезд в Россию турок из Германии, арабов из Франции, китайцев. Это вместо того, чтобы построить жильё и переселить всех русских из Прибалтики, Молдовы, Казахстана, Киргизии. Зачем новым хозяевам страны какая-то модернизация, когда им и так хорошо?
Модернизация возможна только в случае начала Второй холодной войны, то есть перед угрозой прямой интервенции, когда реально Россию примерно к 2030 году обложат военными базами, флотами, космическими платформами. Тогда Россия, Украина, Белоруссия и Казахстан неизбежно вернулись бы в одно государство и срочно начали бы индустриализацию.